Женщины графа Ланзбури  - Хелен Диксон

Поравнявшись с ней, Кристофер заметил на горизонте черные тучи. Скоро пойдет дождь! Он невольно любовался мисс Мортимер; она умело правила норовистой Герцогиней. Еще больше его восхищало, что она скакала совершенно не по-дамски. Джейн наслаждалась жизнью и неслась вперед на бешеной скорости. Она перескочила живую изгородь, что было не всегда легко даже Кристоферу – а она взяла барьер без всякого труда. Когда она на всем скаку развернулась к нему, он не мог отвести от нее взгляда. Он еще не видел ее такой оживленной, такой возбужденной. В тот миг ему показалось, что он в жизни не встречал более красивой женщины. Отсалютовав ей хлыстом в знак восхищения, он смотрел и не мог насмотреться на свою необычайную спутницу.

Поднявшись на холм, они пустили лошадей легким галопом. Взволнованная прогулкой, Джейн остановилась, и Кристофер натянул поводья рядом с ней. Он широко улыбался, показывая ровные белые зубы.

– Знаете, юная леди, вы не перестаете меня удивлять! Если глаза меня не обманывают, в верховой езде вас почти нечему учить. Прирожденного наездника видно сразу по тому, как он… – он улыбнулся, – или она держится в седле.

Увидев, как граф без труда управляет своим жеребцом – со стороны могло показаться, что конь движется по своей воле, – Джейн подумала о нем то же самое. Она ответила улыбкой на его улыбку, и на миг у нее возникло ощущение, будто на всем свете остались лишь они одни.

– Спасибо. Приму ваши слова за комплимент.

Порыв ветра ударил в лицо, неся с собой дождь. Кристофер посмотрел на небо; он уже промок.

– Мы заехали дальше, чем я собирался. Скоро мы вымокнем до нитки. – Взяв с седла накидку, он набросил ее Джейн на плечи и указал в сторону здания, стоявшего на вершине холма у озера. – Скачите к беседке! Мы укроемся там, пока дождь не прекратится. Держитесь ближе ко мне! – прокричал он, чтобы она услышала его. – Если поспешим, скоро у нас будет крыша над головой!

Они напрасно надеялись, что дождь пройдет стороной. Сильный ливень не давал им медлить. Небеса разверзлись, с неба цвета олова падали косые струи. Будь Кристофер один, он, возможно, и проскакал бы две с лишним мили до Чалфонта, но он сразу понял, что мисс Мортимер вымокла, несмотря на накидку, и, несомненно, промерзла до костей.

Добравшись до места, они спешились, и Кристофер стреножил лошадей у дерева; его раскидистые ветви укрывали животных от дождя.

Войдя, Джейн огляделась. Строение было небольшим, но в нем оказалось сухо и на удивление чисто.

– По крайней мере, мы не под дождем, – сказал Кристофер, снимая мокрый сюртук.

Джейн сняла тяжелую накидку, встряхнула ее и повесила на каменную скамью у стены. Потом она сняла жакет.

Кристофер старался не смотреть, но его взгляд то и дело возвращался к Джейн. Он больше не улыбался. Ее одежда промокла насквозь и липла к телу самым неподобающим образом. Он воспользовался случаем и оценил женственную фигуру под одеждой.

– Подумать только! Вы насквозь промокли – и, наверное, продрогли. О, позвольте мне, – негромко сказал Кристофер, беря ее за руки, чтобы помочь стянуть перчатки; затем он стал осторожно растирать ее кисти, восстанавливая кровообращение.

Джейн подумала: как мужские руки могут быть одновременно сильными и нежными?

Склонив голову, Кристофер, поглощенный своей задачей, поднес ее руки к губам и стал согревать их своим дыханием, водя губами по ее прохладным ладоням.

Временно очутившись в его власти, Джейн смотрела на него, не скрывая изумления. Руки постепенно согревались, тепло распространялось во все стороны; от кончиков пальцев по телу расходилось приятное покалывание. Не выпуская ее рук, Кристофер поднял глаза и устремил на нее долгий взгляд. Он смотрел на нее так, словно видел ее насквозь.

Загадочные глубины таили в себе молчаливый вызов… Неожиданно Джейн ощутила ответное чувство, в ней нарастало напряжение – странное, незнакомое напряжение, которого она прежде никогда в жизни не испытывала. Оно постепенно расцветало внутри, усиливаясь и углубляясь с каждой секундой. Его глаза потемнели, подсказав, что он почувствовал ее отклик. Он прищурился, и губы дернулись в подобии улыбки. Они не произнесли ни одного слова, но в бледном свете их глаза встретились, и они пытливо смотрели друг на друга, словно читая мысли.

Она попыталась высвободиться, но Кристофер ее не выпустил. По-прежнему сжимая ее руки, он приложил ее ладони к своим щекам.

– Так теплее?

Губы ее задрожали, и она улыбнулась в знак благодарности, выдернула руки и отступила на шаг.

– Гораздо теплее, спасибо!

– Прошу прощения за дождь, – сказал он, отвечая улыбкой на ее улыбку. – Я его не ожидал.

– Я не против дождя. – Джейн рассмеялась. – Раньше я жила в тропиках или в пустыне. Там жарко и часто бывают засухи. Английский дождь для меня – настоящее чудо. – Она, закрыв глаза, проводила языком по губам, словно наслаждаясь вкусом дождя.

Кристофер не мог пошевелиться. Он лишь неотрывно смотрел на ее пухлые губы и нежную шею. Он сдерживался из последних сил. Больше он не улыбался. Глядя на нее, он гадал, бьется ли сейчас ее сердце так же часто, как у него, испытывает ли она то же острое желание, посетили ли ее столь же греховные мысли.

– Я никогда не бывал в пустыне и потому не могу судить, – негромко заметил он. Вожделение охватило его с такой неожиданной силой, что его словно пригвоздило к месту. Джейн открыла глаза. Кристофер не сомневался, что его мысли написаны у него на лице, но она лишь улыбнулась, словно не догадываясь о том, что с ним творится.

– Там бывает очень неприятно. Песок попадает в глаза, липнет к коже… Должна признаться, что по пустыне я не скучаю. – Она огляделась по сторонам. – Какая необычная беседка! Зачем ее здесь построили?

– Без особой причины, – ответил он, не сводя с нее взгляда. – Второй граф Ланзбури велел соорудить такие беседки по всему поместью, – продолжал он, стараясь сосредоточиться на ее вопросе, а не на очертаниях ее гибкого тела под одеждой, хотя желание все сильнее овладевало им. – Двух одинаковых беседок не существует. Эту беседку построили последней. Почти всякий раз, приезжая в Чалфонт, дед приходил сюда, сидел на пороге и любовался домом и озером.

– И я его понимаю. Отсюда открывается прекрасный вид.

– В хорошую погоду – да, когда вид не затенен дождем. Странная вы девица, Джейн Мортимер, – негромко сказал он, сосредоточившись на завитке волос, который прилип к щеке.

Он заправил завиток девушке за ухо, и пальцы ощутили бархатистость кожи. Она застыла в неподвижности, и он провел кончиком пальца по ее шее, от подбородка до ключицы.

– Знаете, мне почему-то хочется узнать о вас все – что вы думаете, что чувствуете. Вы для меня по-прежнему остаетесь большой загадкой.

– По-моему, хотя мы знакомы недолго, вы уже знаете обо мне многое.

– Возможно. Я узнал, что вы – не та чопорная и правильная девица, какой казались вначале, что вы образованны и много путешествовали, не видите ничего дурного в том, чтобы предлагать джентльменам деньги, и очень хорошо целуетесь. Но мне еще предстоит многое узнать.